Писатель с химерами

''

Лавкрафт умер 15 марта 1937 г. Примечательно: рак кишечника, убивший писателя, был следствием постоянного недоедания. Лавкрафт прожил свою тихую, сравнительно короткую и очень неуютную жизнь длиною в 47 мрачных лет в нищете – жизнь провинциального литератора, лишенного надежды на успех и славу. Его мучили кошмары и галлюцинации – сказывалась наследственность родителей, сошедших с ума.

От рождения до смерти прожив в родном городке Провиденс на востоке США, он не опубликовал ни одной книги. Некоторое время печатался в захолустных газетах, но даже там не снискал успеха. Зато нашел себе жену, старше его на семь лет. Ее звали Соня Грин, и, что более всего любопытно для нас, имела она украинские и еврейские корни.

Кроме того, будущий кумир миллионов обладал необычным для американского гражданина качеством – был монархистом и ратовал за воссоединение с британской короной. Это был типичный чудак, «человек с химерами». Химерами также украшены его рассказы и стихи.

При некоторой чопорности стиля их сюжеты изобилуют причудливыми сочетаниями. Главные темы – инопланетяне, живущие бок о бок с людьми и грозящие им полным уничтожением; космические цивилизации бессмертных насекомых, более древние, чем сама Вселенная; такие же древние и уродливые божества чужих миров. Злая фантазия автора и отменное владение читательским вниманием придает всему этому обаяние мрачной красоты в духе сказок братьев Гримм.

Отсюда популярность, которую забытый при жизни писатель снискал после смерти. Причем в Восточной Европе она даже больше, чем на родине. Среди контркультурной и тусовочной молодежи его не только почитывают, но очень даже почитают. Более того, в сетевых культурах успех Лавкрафта и его персонажей, таких как Йог-Соттот и Ктулху, стоит на одном уровне с «медведом», «шушпанчегом» и «фофудьей». На чате с Путиным летом 2006 г. президента забросали вопросами: «Как вы относитесь к пробуждению Ктулху?» Классика Голливуда – «Чужой» и «Хищник» – были вдохновлены именно Лавкрафтом. А в 1997 и 2002 годах ученые зафиксировали в Тихом океане загадочный звук (т. н. bloop), который может принадлежать только животному в несколько раз крупнее голубого кита. Координаты почти совпали с координатами выдуманного Лавкрафтом города Р’лайх – обиталища бога-монстра Ктулху.

Один из самых читаемых современных авторов Мишель Уэльбек пишет: «Первое, чем я был поражен, когда узнавал Лавкрафта, – это его абсолютным материализмом. В противоположность множеству почитателей и комментаторов, он никогда не считал свои мифы, свои теогонии, свои «старинные расы» ничем, кроме как чистым творением воображения. Другой источник моего удивления – его маниакальный расизм». Сам Лавкрафт недвусмысленно давал понять, как и к кому относится: «Мне настолько отвратительны человечество и весь мир, что меня ничто не интересует, если только оно не содержит двух убийств на страницу, не меньше, или там не идет речь о несказанных ужасах из потусторонних пространств».

Есть Ктулху или нет, но в него готовы верить. Ведь Лавкрафт не только увлекательно повествует. Он обстоятельно обустроил свой мир, создав уникальную по подробности мифологию с более или менее детально продуманной пред- и послеисторией. Необычность этого мира увлекла последователей, продолживших то, что не успел доделать сам Лавкрафт. Сейчас его тексты дописывают, как и тексты Толкиена, к ним существуют уже десятки сиквелов. Поэтому дело не столько в извечном побеге от действительности, гарантирующем успех любому мало-мальски удачливому фантасту, сколько в родстве, которое существует между миром Лавкрафта и современной гипертекстовой реальностью. Десятки и сотни внутренних отсылок, перекрестных линий и историй – все равно, что пересекающиеся ссылки в глобальной сети. И о том, и о другом нельзя думать без ужаса.

Автор: Роман Горбик, «24»