Бизнес на стрельбе

Недавно в Таиланде был арестован российский гражданин Виктор Бут, которого считают самым одиозным «оружейным бароном» мира. Правоохранительные органы США и стран Европы полагают, что Бут снабжал вооружением «Аль-Каиду», африканских повстанцев и афганских боевиков. Некоторое оружие, согласно отчетам международных организаций, могло быть украинского происхождения.

Сейчас Виктор Бут сидит в тайской тюрьме, ожидая экстрадиции в США. Он настойчиво добивается помощи российских властей. В принципе, интересы власти и интересы Бута в данном вопросе должны совпадать: можно только догадываться, какие показания о связи российского истеблишмента с незаконной торговлей оружием может дать человек, который преспокойно жил в Москве, находясь в международном розыске. Чем не повод поволноваться как для Кремля, так и для самого Бута? Тем более что далеко не все фигуранты оружейных скандалов доживают до суда.

Торговля оружием – это в первую очередь легальный государственный бизнес. Однако о нем почему-то никто ничего не знает. А сопричастные к этой торговле люди боятся говорить. «Понимаете, оружие – это баснословные деньги. Говорить на такие темы опасно. Я знал многих людей, которых уже нет в живых из-за этого. Последним был Олег Орлов. Его убили в прошлом году», – поделился своими соображениями с «24» один из бывших работников Интерпола.

Олегу Орлову не повезло. Он попал не в тайскую тюрьму, а в Лукьяновское СИЗО в Киеве, где его, якобы на почве личной неприязни, задушил сокамерник. Орлов не был «оружейным бароном», сравнимым по масштабу с фигурой Бута. Однако именно он играл ключевую роль в скандальной схеме нелегальной поставки украинских крылатых ракет в Иран и Китай. Напомним, в 2001 г., по документам, Украина поставила 18 крылатых ракет Х-55, способных нести ядерные заряды, в Россию. Но комплексы почему-то оказались в Китае и Иране. Разгорелся огромный международный скандал. Украина была вынуждена как-то реагировать. В итоге в тюрьме очутился лишь причастный к сделке директор ООО «Укравиазаказ», бывший сотрудник главного управления разведки СБУ Владимир Евдокимов. Олег Орлов был задержан в Праге в 2004 г. и выдан Украине в 2005-м, пережил инсульт и покушение на свою жизнь. Как указывал в своем запросе к генпрокурору Украины депутат Григорий Омельченко, другие фигуранты дела – экс-глава «Укр¬спец¬экспорта» Валерий Малев и глава компании S. H. Heritage Holding Ltd австралиец Хайдер Сарфраз один за другим погибли в автокатастрофах.

РАЗРЕШИТЕ ПРИКУПИТЬ

Именно из-за такого количества «смертей на производстве» о торговле оружием в Украине предпочитают молчать. Поскольку украинские чиновники не хотят сообщать даже протокольно-официальные данные, дело порой доходит до абсурда. Например, абсолютно безобидную информацию о по¬ложении Украины на мировом рынке вооружений автору пришлось узнавать у эксперта Стокгольмского международного института исследований проблем мира SIPRI Пола Холтома. Оказывается, наша страна занимает почетное 10 место по объему экспорта оружия. Впрочем, в отчетах SIPRI можно встретить и негативную для Украины информацию: данные о том, куда в итоге попадает легально проданное украинское оружие. Например, поставленные в 1999 г. в Буркина-Фасо 3000 украинских автоматов Калашникова, 50 пулеметов, 25 РПГ при участии легендарного «одесского бизнесмена» Леонида Минина каким-то образом оказались в руках повстанцев из Объединенного революционного фронта Сьерра-Леоне.

Для того чтобы понять, как украинское оружие оказывается в сомнительных руках, надо разобраться с тем, каким образом его вообще можно купить. «Приехать в Украину и купить вооружение невозможно. Торговля оружием идет только на межправительственном уровне, и у человека должны быть документы, подтверждающие его полномочия от армии и правительства страны-покупателя», – сказал «24» бывший министр обороны Украины Анатолий Гриценко. Есть и другие схемы. Оружейные поставки могут быть отданы на аутсорсинг частным компаниям и брокерам. Именно с этой тенденцией связывает увеличение нелегального оборота оружия в 1990-е годы международная правозащитная организация Amnesty international.

Полная схема покупки украинского оружия достаточно сложна (см. инфографику). Ключевым пунктом в ней является так называемый сертификат конечного пользователя. «Украина как поставщик должна отслеживать невозможность перепоставки своей продукции в третьи страны», – отмечает бывший заместитель секретаря совета национальной безопасности и обороны Украины Юрий Терещенко. Именно для этого предназначен сертификат – гарантийный документ страны-покупателя. Однако, несмотря на все на меры предосторожности, легально проданное оружие имеет свойство внезапно возникать совсем не в тех местах, для которых оно предназначалось.

Типичный пример трансформации легальной схемы в нелегальную детально описан как в работах бывшего шефа украинской службы «Радио Свобода» Романа Купчинского – бюллетенях радиостанции «Crime, Corruption and Terrorism Watch» («Надзор за преступностью, коррупцией и терроризмом), так и в отчетах организации Human Rights Watch. Характерный пример такой схемы – внезапная материализация в Либерии 5 миллионов украинских патронов калибром 7,62 миллиметра. Изначально этот груз предназначался для Кот-д’Ивуара. У брокера Валерия Черного (делового партнера уже упомянутого Минина) имелся и сертификат конечного пользователя, подписанный руководителем Кот-д’Ивуара генералом Робертом Гуеи. Из Киева груз отправили в Кот-д’Ивуар на огромном «Руслане». Его «во избежание» даже сопровождал офицер Вооруженных сил Украины. После прибытия патроны разгрузили на склад, а со склада погрузили на Ил-18, который и доставил груз в Либерию за семь рейсов.

НУЖНЫЕ ЛЮДИ

Естественно, что нелегальные сделки на рынке вооружений были бы невозможны без таких людей, как Виктор Бут и Леонид Минин. Они должны координировать, вести прикрытие сделок, налаживать контакты с чиновниками и раздавать взятки, создавать и поддерживать логистическую цепочку поставок. Все это невозможно делать, находясь на нелегальном положении. Ордер на арест Виктора Бута был выдан бельгийскими властями в 2002 г. Однако вплоть до этого года сей факт не мешал ему спокойно жить в России. Один из знающих собеседников признался автору в том, что в конце 1990-х покойного Олега Орлова можно было неоднократно наблюдать в офисе «Укрспецэкспорта». Трудно поверить в то, что оружейные чиновники не знали, для чего этот человек приехал в Украину и можно ли доверять предъявленным им сертификатам конечного пользователя.

Специфичность и закрытость рынка вооружений приводит к высокой конкуренции среди поставщиков. С этой точки зрения любой вооруженный конфликт, тем более закрытый для поставок оружия наложенным эмбарго ООН, может поспособствовать росту благосостояния страны-производителя и некоторых ее чиновников – при условии, что на примете у них есть свой проверенный «оружейный барон». И не стоит считать, что экспорт оружия в зоны конфликтов – удел исключительно постсоветских стран. Отчеты SIPRI показывают, что почти все крупнейшие поставщики принимали участие в снабжении оружием тех или иных сторон основных африканских конфликтов. Просто некоторым странам со слабой геополитической позицией приходилось нарушать эмбарго ООН при помощи «оружейных баронов», тогда так другие просто поддерживали какой-то очередной «демократический режим» в обмен на африканские алмазы. Преследование торговцев смертью – это, скорее, своего рода специфический вид конкурентной борьбы. Горькая правда состоит в том, что «оружейные бароны» филигранно вписываются в сложившуюся картину международных отношений на глобальном рынке оружия.

По данным Центра американского прогресса, ежегодно через руки теневых «оружейных баронов» проходит вооружение стоимостью более 1 миллиарда долларов.

Автор: Сергей Высоцкий, «24»